Часто, в христологических спорах, приходилось и приходится слышать, что мол армяне, из-за незнания греческого языка, не правильно перевели вероучение Халкидонского Собора, поэтому и не приняли его. Интересно, а знали ли греческий в самой Империи, когда на протяжении почти 200 лет, то принимали, то не принимали халкидонское вероучение и даже предавали анафеме? И все же такое мнение, как и многие другие — лживы и мифичны. Но мы не будем заострять внимание на этих мифах.
Армянская Церковь не приняла вероучения «в двух природах», исходя из того, что оно противоречило Никейскому Символу Веры, а точнее сказать, самой сути домостроительства нашего спасения, а не по каким-то иным соображениям.
Основой Вероучения Армянской Церкви является Символ Веры, который должен был нас оберегать от всякого рода ересей, которые появляются и в наши дни под разными наименованиями.

«Веруем в Единого Господа Иисуса Христа, Сына Божьего, рожденного от Бога Отца, Единородного, то есть из сущности Отца. Бога от Бога, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, а не сотворенного!
Тот же Сам от природы Отца… Который ради нас людей, и ради нашего спасения сошел с небес; воплотился, вочеловечился, родился совершенным образом от Марии Святой Девы, Духом Святым. От Которой взял плоть, душу и разум, и все, что есть в человеке, истинно, а не иллюзорно. Страдавший, распятый, погребенный, в третий день воскресший, восшел на небеса тем же телом, воссел одесную Отца. Грянет тем же телом и в славе Отца судить живых и мертвых, Царству Которого не существует конца!».
(Отрывок из Символа Веры).

Сын Божий, Который из сущности Отца… от природы Отца… воплотился, вочеловечился, родился… ! Сын Божий — Слово, Которое единосущно Отцу и имеет ту же природу, что и Отец, воплотился, взяв от Девы плоть, душу и разум, истинно и не призрачно. Вот на чем зиждется вся вера христиан и армян тоже. Именно эти слова и послужили фундаментом для формулировки — «Едина природа Бога Слова воплощенного». А поэтому формулировки — «две природы» или «в двух природах», Армянской Церковью ни как не могли быть воспринятыми, как православными, поскольку для Святых Отцов Церкви «две или в двух» вносили разделение в неделимое, а это значило, что не было истинного воплощения, а значит и нашего спасения. И даже не зависимо от того, что исповедовали после «двух природ» — одну ипостась (личность) или две, три, семь; одно лицо или две, три, семь; или же вообще ничего не исповедовали, все равно для наших Святых Отцов формулировки «две природы» и «в двух природах» в конечном счете означали: два лица, и естественно две ипостаси (личности), а поэтому, для наших Отцов, во время полемики (что видим в посланиях), как с несторианами, так и с халкидонитами (до VII века) не было важным, что для тех или других могли означать термины «лицо и ипостась» при двух природах, поскольку для наших Отцов иного соединения не могло быть, как только природного, которое уничижало всякую двойственность природ.
И неудивительно, что исходя из вышесказанного, наши Св. Отцы всегда халкидонитов обвиняли в скрытом несторианстве, поскольку несториане «в открытую» делили Христа, а те «скрыто».

Но чтобы «очиститься» от этого обвинения халкидониты в лице Леонтия Византийского (VI в.), можно сказать, что «отредактировали» свое понимание таинства Боговоплощения, придумав новый термин — «воипостазирование», то есть Ипостась Слова воспринимает безипостастную и безликую человеческую природу и для нее становится ипостасью. Одна ипостасная природа соединяется с другой безипостасной и безликой природой, или же одна природа своею ипостасью воипостазирует и призывает к существованию другую безипостасную и безликую природу. То есть получается, что для Леонтия, человеческая природа во Христе изначально была безликой и безипостастной.

Вот здесь наши Св. Отцы заговорили уже о Лике и о Личности (Андз на армянском —личность), что так же замечаем в самой полемике с халкидонитами.
Одним из первых вардапетов ААЦ был Хосровик вардапет (VIII в.), который обратил на это внимание. Для него не может существовать безликой природы и поэтому «невозможно говорить о природе или понимать природу без лица, по этой причине надо по двум природам два лица называть или же по одному лицу одну природу, или же ни одну из этих, а искать нечто среднее, которая есть добродетель и озарение истины. Слово восприняло от Девы как человеческую природу, так и человеческое лицо. И как лицо Слова и лицо человека посредством соединения исповедовать одно лицо, так и природы — Божественную и человеческую исповедовать, как одну — в несказуемом единении, как то учат нас слова Святых Отцов».
Для Хосровика вардапета новое учение о «воипостазировании» было неприемлемым и противоречащим общепринятым пониманиям того времени. Даже Несторий в своем заблуждении для Хосровика был прав: «Несторий не уничтожал существо Слова и Его тела, хотя и неблагопристойно говорил о соединении. Но они (халкидониты), одному, не давая существования, а другого превращая, становятся более еретичными, чем Несторий».

А если и был бы прав Леонтий, то и тогда у Хосровика возникают вопросы: «Природа сама не может существовать и быть видимой и только лицо делает ее видимой. Если видимой назвать лицо Слова, то Кто (тогда) есть невидимый, Который от Бога Отца? Одно из двух им (халкидонитам) предстоит выбрать. Или Слово не имело совершенство личности от Отца и сумело получить это совершенство от Девы, или имело это, то сугубо в видимых свойствах, а не бестелесно. Тогда Святая Дева стала причиной не вочеловечения, а видимости, и посему согласно им Мария не является матерью Господа нашего и Творца, а всего лишь причиною видимости. Или же Слово превратилось в плоть, тогда Деву нужно назвать не Богородицей, а человекородицей».

Если во Христе человеческая природа не имеет лица, то в Нем уничтожается человеческая индиивидуальность и самостоятельность (антропологическая катастрофа), и тогда все человечество во Христе, распинается с Ним, погребается и воскресает. И если Христос вочеловечился без человеческого лица, то Он определенно и не есть человек, и Его вочеловечение является некой «изощренностью» или «призрачным». Или же как говорит Хосровик: «Лицо есть нечто преобладающее в человеке, которое собирательно содержит все чувственные части, без которых человек не может быть или считаться ни человеком, ни живым. Если Христос не есть некто, следовательно Он — безликий, но будучи, безликим, не может быть назван ни человеком, ни живым. Почему тогда о Том, Кто не был человеком, нужно говорить, что Он имел человеческую природу, так как человеческая природа видится в человеческом лице и человеческом подобии, в отсутствии, которых природа не может существовать и называться человеческой природой?».

П.С. Диофизиты-халидониты, убегая от «скрытого несторианства», сами не понимая того, впали уже в «скрытое монофизитство», как в армянской пословице: «убежал от дождя, а попал под град».

Гевонд Вардапет
Иерусалим 7/11/17

Print Friendly

Поделиться в соц. сетях

Share to Odnoklassniki
Share to LiveJournal
Share to Google Plus
Share to Google Buzz
Share to MyWorld